Санкт-Петербург
Контакты

8 (800) 551-22-85

бесплатный звонок для регионов РФ

Санкт-Петербург

+7-981-722-86-95

Москва

+7-916-238-40-04

Ваш город: Санкт-Петербург
Ваш город Санкт-Петербург?
Да Нет

 8 (800) 551-22-85
бесплатный звонок по РФ +7 (812) 575-54-64
+7 (812) 764-06-18

Семинары и курсы в Санкт-Петербурге и Москве Лицензия на образовательную деятельность № 3504

Скачать план

Возможности банкротства саморегулируемой организации арбитражных управляющих

Возможности банкротства саморегулируемой организации арбитражных управляющих

Возможности банкротства саморегулируемой организации арбитражных управляющих

Российское законодательство в настоящий момент находится в стадии перехода от системы лицензирования деятельности к системе организованных саморегулируемых организаций. Действительно, подобная практика самоуправления имеет довольно серьезные преимущества. Так, предоставление лицензий фактически не способствовало контролю за деятельностью лицензиата, что приводило к ухудшению качества предоставляемых услуг (выполнению работ). Контроль также был значительно затруднен, поскольку отсутствие жалоб на качество не инициировало проверки. Следовательно, организация зачастую отвечала профессиональным требованиям только на стадии получения лицензии, что в дальнейшем сказывалось на общем состоянии профессиональной среды.

Возможности банкротства 

Создание саморегулируемых организаций в мировой практике признано наиболее эффективным способом контроля за профессиональных деятельностью специальных субъектов. По мнению некоторых специалистов, саморегулируемые организации были созданы как некий специальный орган, выполняющий регулирующие функции субъектов какой-либо профессиональной деятельности. Например, такие организации, регулирующие торговую деятельность, появились еще в XIX веке в США. Европа также пошла по пути добровольного контролирования деятельности профессиональных участников определенной сферы деятельности. Именно этими примерами воспользовался законодатель, создавая систему саморегулирования в России. Положительный эффект имеет место быть в каждом случае использования данной системы, поскольку именно участники профессиональной сферы устанавливают свои критерии качества и, защищая свою репутацию, контролируют их соблюдение. Экономическая и правовая системы в настоящий момент заинтересованы именно в таком соблюдении интересов всех участников взаимоотношений определенной сферы деятельности.

Российское законодательство за последние годы также изменило направленность регулирования профессиональных услуг с лицензирования на создание саморегулируемых организаций. В настоящее время саморегулирование осуществляется в областях арбитражного управления в сфере банкротства, аудиторских услуг, оценочной деятельности, строительства, проектирования, изыскательных работ, рекламы, транспортных услуг и т.д. Таким образом, именно эти сферы деятельности могут отвечать критериям качества, установленным внутренними документами саморегулируемой организации. Одним из положений, гарантирующих качество предоставляемых услуг (выполнение работ) является обязательное наличие компенсационного фонда саморегулируемой организации. За счет денежных средств данного фонда могут быть возмещены убытки от профессиональной деятельности члена СРО, т.е. компенсационный фонд является неким гарантом деятельности организации. Порядок формирования указанного фонда устанавливается законом, осуществляется за счет вкладов членов соответствующей саморегулируемой организации. Таким образом, каждый из членов также обеспечивает свою профессиональную деятельность реальными денежными средствами.

Нередко вопрос о формировании компенсационного фонда является краеугольным камнем во взаимоотношениях саморегулируемой организации и ее членов. 

Возникает масса споров о возврате соответствующих взносов при выходе участника из СРО, возмещения убытков, дополнительных взносов и т.д. Как и многие финансовые вопросы данные споры рассматриваются арбитражными судами, и судебная практика в отношении данных конфликтов начинает только появляться. Среди такой практики выделяется одно дело, рассмотренное Арбитражным судом Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Указанный спор касается саморегулируемой организации арбитражных управляющий, которая объединяет под своим началом арбитражных управляющий, назначаемых судом для ведения процедур банкротства. Таким образом, основной сферой деятельности саморегулируемой организации арбитражных управляющий является антикризисное управление, банкротство предприятий. Специфика деятельности заключается в работе организации непосредственно с физическими лицами, работающими в довольно конфликтной среде с повышенными рисками. Подобная деятельность также диктует требованиям непосредственно к профессионалам – твердое знание законов, умение действовать в конфликтных ситуациях, принимать волевые решения. Такие качества помогают эффективно действовать, предпринимать необходимые меры для реанимации предприятий, проводить процедуру банкротства в соответствии с законодательством и в интересах всех сторон.

Однако обратной стороной характерных черт арбитражного управляющего является умение обращать любую ситуацию в свою пользу, используя, в том числе, пробелы законодательства. Такими пробелами воспользовались заявители по делу №А56-80347/2009. Так, Хаертдинов А.Г., Халимов Р.А., Гайфутдинов Ф.Ф. обратились в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании НП СРО АУ «Объединение» несостоятельным (банкротом). Указанное заявление, несмотря на наличие оснований, предусмотренных законом, явилось некоторой сенсацией для всех сторон. Организация, контролирующая деятельность в сфере банкротства и являющаяся вершиной данной структуры, получила реальную угрозу банкротства. Конечно, подобное заявление прозвучало как нонсенс. Тем не менее, правовой анализ данного заявления показал следующее. Заявители утверждали, что являлись до 2008 года членами указанного СРО, осуществляли непосредственную деятельность в сфере ведения Казанского филиала. После выхода из СРО в 2008 году, заявители потребовали возврата членских взносов, внесенных в компенсационных фонд. Указанный гражданский спор был рассмотрен Третейским судом, где истцами были физические лица, а ответчиком – филиал соответствующего СРО. Результатом разбирательства явилось решение третейского суда, которым с СРО взысканы денежные средства, членские взносы, ранее уплаченные заявителями в компенсационный фонд.

Подобная позиция суда также является коллизионной, в данном отношении существует двоякая практика применения. Например, п.13 ст. 13 ФЗ «О саморегулируемых организациях» установлено, что не допускается возврат взносов членам саморегулируемой организации. Тем не менее, судебная практика располагает решениями, которые признают право бывшего члена СРО на получение вступительного взноса, поскольку он не обладает статусом члена саморегулируемой организации. В данном случае, третейский суд придерживался именно такой позиции. Тем не менее, судебное решение по данному спору было принято. Безусловно, здесь сошлись еще некоторые неточности, которые третейский суд оставил без внимания, например, обращение истца с заявлением не к юридическому лицу, а к его филиалу. Подобное нарушение не соотносится со ст.55 ГК РФ, однако филиалу соответствующего СРО были предоставлены весьма широкие полномочия, включающие право представлять интересы головного предприятия в суде. Таким образом, третейский суд, несмотря на все разногласия и коллизии, вынес решение, которое явилось определяющим для данного дела. Надо отметить, непосредственно головной офис саморегулируемой организации никакого отношения к указанному спору не имел, информацией о его наличии не располагал. В ином случае, подобная ситуация была бы пресечена уже в самом начале, не дав возможности появления подобной практики.Итак, кредиторы по сомнительным основаниям получили решение третейского суда, избежав при этом уведомления головной организации.

Более того, на данное решение арбитражным судом был выдан исполнительный лист на принудительное исполнение решения третейского суда. И этот судебный акт также имеет правовые основания под собой, поскольку при рассмотрении подобного дела арбитражный суд изучает не применение норм материального права, а строгое соблюдение процедуры. Поскольку нарушений процесса не выявлено, да и стороны не оспаривали решение, арбитражным судом вопрос о выдаче исполнительного листа был решен положительно. Таким образом, кредиторы в активе имели решение третейского суда, подкрепленное исполнительным листом, а также довольно крупного и масштабного должника, что они и не преминули использовать в своих целях. Именно поэтому через некоторое время в арбитражный суд по месту нахождения головного офиса саморегулируемой организации поступило заявление о признании должника несостоятельным (банкротом). Арбитражный суд подобное заявление принял, поскольку формальных нарушений законодательства не было выявлено. Действительно, требования статьи 39 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» были соблюдены: подан судебный акт, вступивший в законную силу (решение третейского суда), исполнительный лист на принудительное исполнение решения третейского суда, документы в отношении оснований возникновения задолженности. В этом случае арбитражный суд имел возможность выявить наличие задолженности должника, которая, кроме прочего, подтверждена судебным актом. Более того, указанная задолженность не была погашена, размер ее превышал 100 000 рублей, что говорило о наличии признаков банкротства.

Также отдельный вопрос возник в отношении субъектного состава указанного заявления. Так. НП СРО АУ «Объединение» является некоммерческим партнерством и на него распространяется ФЗ «О саморегулируемых организациях». Противоречий в данном случае не содержится, поскольку саморегулируемая организация основывается на базе некоммерческого партнерства, что логично вытекает из цели ее функционирования. Но можно ли говорить о банкротстве саморегулируемой организации? Несмотря на всю несуразность ситуации, правовые основания имеются. Так, ст. 65 ГК РФ предусматривает исключения, когда юридические лица определенного вида не могут быть признаны несостоятельными (банкротами): казенное предприятие, политическая партия, учреждение, религиозная организация и еще некоторые случаи, предусмотренные законом. Приведенный перечень не содержит такой вид юридического лица, как некоммерческое партнерство. Более того, ФЗ «О саморегулируемых организациях» также никоим образом не ограничивает возможность признания саморегулируемую организацию арбитражных управляющих несостоятельным (банкротом). Подобная практика оправдывает себя, поскольку данный субъект является активным участником экономических отношений, обладает активами и может проявить признаки неплатежеспособности. Таким образом, возможность подачи заявления о признании саморегулируемой организации арбитражных управляющих подтверждена законом, и не содержит в себе коллизий или пробелов в праве. Рассматриваемое дело также было принято судом и рассмотрено по правилам, установленным процессуальным законодательством. Конечно, суд заметил, что дело является фактически сфабрикованным, однако неоспоренный судебный акт не позволял прекратить дело. Развитие событий могло идти по нескольким сценариям. В первом случае, в связи с полученной информацией СРО могло бы обратиться в арбитражный суд с заявлением об оспаривании решения третейского суда, вместе с ходатайством о восстановлении пропущенного срока исковой давности, поскольку указанное заявление может быть подано в срок, не превышающий трех месяцев со дня получения решения стороной. По подсудности такое заявление должно быть рассмотрено в арбитражном суде, по месту вынесения решения третейского суда, что в рассматриваемом примере представляет собой другой регион. Кроме того, вопрос восстановления сроков исковой давности в отношении юридического лица, редко решается в пользу последнего.

Порядок оспаривания решения третейского суда также весьма ограничен законом. 

Статьей 233 АПК РФ предусмотрены основания для оспаривания решения третейского суда, которые включают в себя недействительность третейской оговорки, отсутствие уведомления об избрании судьи, отсутствие компетенции третейского суда для рассмотрения конкретного дела, не соответствие состава суда и процедуры федеральному закону. Фактические обстоятельства дела в данном случае не могут быть рассмотрены, в силу существующего запрета пересмотра дела по существу. Обстоятельства, которые могут повлиять на дело, а именно процедурные вопросы, были соблюдены в полном объеме. Кроме того, полномочия, предоставленные филиалу доверенностью от головной организации пресекали все возможные варианты оспаривания судебного акта. Таким образом, перспективы положительного решения вопроса в гражданско-правовом поле были невелики. Вторым возможным вариантом решения возникшей проблемы было обращение к правоохранительным органам. В данном случае можно говорить о применении части 2 чт. 159 УК РФ мошенничество, то есть хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием, а также ст. 201 использование лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, своих полномочий вопреки законным интересам этой организации и в целях извлечения выгод и преимуществ для себя или других лиц либо нанесения вреда другим лицам, если это деяние повлекло причинение существенного вреда правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства.

Но здесь существуют трудности, связанные со сложностью уголовного процесса, его длительностью. Также надо понимать, что итог предварительного следствия может оказаться отрицательным, корреспондирующим к гражданскому способу решения спора. Кроме того, заявление о банкротстве подано и принято к рассмотрению, и в этом случае расследование дела правоохранительными органами никаким образом не предотвратят банкротство. Согласно ст. 143 АПК РФ единственным способом приостановить производство по делу является рассмотрение в суде общей юрисдикции дела, в значительной степени влияющего на дело о банкротстве. Таким образом, необходим судебный акт по принятию уголовного дела к рассмотрению, в ином случае, саморегулируемая организация будет признана банкротом, даже если предварительное следствие ведется. Из этого следует, что второй вариант не может предотвратить негативные последствия – признание должника банкротом, и может быть лишь дополнительной мерой. Третьим вариантом, который был избран должником, явилось процессуальное противостояние в рамках дела о банкротстве. Подобный способ представляет собой меры использования арбитражного процессуального законодательства, целью которых является отказ в удовлетворении заявления или прекращение производства по делу. Основания для таких действий, как правило, всегда можно обнаружить в заявлении и приложенных документах. Например, отсутствие полномочий заявителя, ненадлежащий должник, отсутствие признаков банкротства. Испробовав все способы, стало понятно, что при наличии судебного акта и исполнительного листа не удастся избежать банкротства простым способом.

После долгих выяснений определился заявитель, представив необходимые полномочия на обращение в суд. На приведенные доводы о ненадлежащем должнике суд указал на регистрационные данные СРО в одном из исполнительных листов, что также отбросило сомнения о том, что взыскание производилось именно в отношении этого юридического лица. В итоге, была реализована последняя возможность, которая представляла собой меры по устранению признаков банкротства. В силу действующего законодательства, признаком банкротства является неспособность удовлетворить требования кредитора в размере 100 000 рублей в срок, превышающий 3 месяца. Также основанием для прекращения дела о банкротстве является отсутствие вышеуказанных признаков. Следовательно, достаточно погасить существующую задолженность до суммы, которая составляет менее 100 000 рублей, для того, чтобы дело о признании должника несостоятельным (банкротом) было прекращено. Для саморегулируемой организации, против которой в данном случае были обращены действия, целесообразно было уменьшить размер задолженности до устранения указанных признаков. Таким образом, только путем частичного погашения долга удалось избежать признания СРО арбитражных управляющих банкротом. Несмотря на всю абсурдность ситуации, правовые механизмы позволили недоброжелательным бывшим членам указанного партнерства получить дополнительные денежные средства. Использование третейских судов, способных принять спорное решение в пределах действия коллизионных норм, позволило в судебном порядке подтвердить наличие задолженности. 

Также недальновидные действия непосредственно СРО по выдаче доверенности филиалу с предоставлением широких полномочий сыграли роль, узаконив все перечисленные действия, которые позволили на ровном месте, без законных на то оснований создать кредиторскую задолженность в размере, достаточном для возбуждения производства о несостоятельности (банкротстве). Итогом данного дела можно назвать создание новой практики в отношении банкротства некоммерческих партнерств, саморегулируемых организаций. Следует отметить, что арбитражные суды признали данную возможность и фактически проработали практику рассмотрения подобных заявлений. Саморегулируемые организации изложенный судебный опыт также могут взять на вооружение, учитывая и исправляя указанные ошибки. Тем не менее, в настоящее время процесс создания саморегулируемых организаций различных областей только набирает обороты, что также породит вопрос о компетенции указанных юридических лиц. Поскольку саморегулируемая организация также вступает в экономические отношения, приведенный пример судебного дела подтверждает, что подобный вид юридического лица также подвержен процедуре банкротства, и данный механизм может быть успешно применен. Так проявляется ответственность юридических лиц перед контрагентами, и никаких исключений для саморегулируемых организаций законодатель не предоставляет.

Список использованной литературы:

  • Гражданский Кодекс РФ Часть 1, №51-ФЗ от 30.11.1994г.
  • Уголовный Кодекс РФ №63-ФЗ от 13.06.1996г.
  • Арбитражный процессуальный кодекс РФ №95-ФЗ от 24.07.2002г.
  • ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» №127-ФЗ от 26.10.2002г.
  • ФЗ «О саморегулируемых организациях» №315-ФЗ от 01.12.2007г.
  • Определение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу №А56-80347/2009

Автор:  Порохова Анастасия. Ведущая семинаров Бизнес-школы ITC Group

Возврат к списку


Наши клиенты

ООО "Спецморнефтепорт Приморск" ООО "Спецморнефтепорт Приморск" ООО «О’КЕЙ» ООО «О’КЕЙ» ООО «ЛГ Электроникс РУС»ООО «ЛГ Электроникс РУС» Консорциум «Кодекс»Консорциум «Кодекс» ПАО "Мегафон"ПАО "Мегафон" Компании PSIКомпании PSI ООО «Газпром энергохолдинг» ООО «Газпром энергохолдинг» ОАО «Российские железные дороги»ОАО «Российские железные дороги» ПАО «Уралкалий»ПАО «Уралкалий» ПАО «Северсталь»ПАО «Северсталь» Центральный банк Российской Федерации (Банк России)Центральный банк Российской Федерации (Банк России) Корпорация "ТехноНИКОЛЬ"Корпорация "ТехноНИКОЛЬ" Энергетический холдинг "РусГидро"Энергетический холдинг "РусГидро" Росс-ТурРосс-Тур АврораАврора ГосзнакГосзнак Петербургский Международный Экономический ФорумПетербургский Международный Экономический Форум  ООО «АромаЛюкс» ООО «АромаЛюкс» Санкт – Петербургский центр специальной связиСанкт – Петербургский центр специальной связи Corinthia Nevsky PalaceCorinthia Nevsky Palace Министерство по внешним связям, национальной политике, печати и информации Республики ИнгушетияМинистерство по внешним связям, национальной политике, печати и информации Республики Ингушетия ПАО «Трубная Металлургическая Компания»ПАО «Трубная Металлургическая Компания» АО "Сбербанк-Технологии"АО "Сбербанк-Технологии" АО «Петербургская сбытовая компания» (Группа «Интер РАО»)АО «Петербургская сбытовая компания» (Группа «Интер РАО») Газпром НефтьГазпром Нефть ООО «Делонги»ООО «Делонги» HEINZ RussiaHEINZ Russia ВТБВТБ  «Аскона» «Аскона» ПАО «БИНБАНК»ПАО «БИНБАНК»